Сэм и тайна железных великанов
Приключенческая повесть по мотивам фильма «Трансформеры» — для чтения на пять вечеров
Вечер первый. Машина, которая выбрала хозяина
Далеко-далеко, так далеко, что даже самый мощный телескоп туда не дотянется, была планета Кибертрон. На ней не росли деревья и не текли реки — вся планета была из металла, и жили на ней огромные разумные роботы. Они строили сверкающие города, летали между башнями и умели превращаться: раз — и робот становится машиной, два — и снова робот. Это у них называлось «трансформация», а сами они звали себя трансформерами.
Сердцем их планеты был Великий Куб — Искра Жизни. Он светился тёплым золотым светом и давал энергию всему Кибертрону. Пока Куб был общим, роботы жили дружно. Но однажды могучий воин по имени Мегатрон решил: «Зачем делиться? Заберу Куб себе — и стану самым сильным во всей Вселенной!» За ним пошли другие жадные и злые роботы — они назвали себя десептиконами, что значит «обманщики».
Против них встали автоботы — честные и храбрые роботы, а вёл их мудрый Оптимус Прайм. Война была долгой и тяжёлой, планета темнела и остывала. И тогда Оптимус принял самое трудное решение в своей жизни: он запустил Куб в открытый космос. «Пусть лучше он потеряется среди звёзд, чем достанется Мегатрону», — сказал он. Куб летел через космос тысячи лет и упал на маленькую голубую планету. На нашу. На Землю.
Мегатрон бросился в погоню за Кубом, но над ледяным океаном его подвели двигатели, он рухнул в снега Арктики и вмёрз в лёд, как муха в кусочек янтаря. Так он и пролежал во льду сотню лет. А Куб терпеливо ждал своего часа.
А теперь перенесёмся в обычный американский городок, где жил обычный мальчишка по имени Сэм Уитвики. У Сэма были мама, папа, вредный пёсик по кличке Моджо и одна большая мечта — собственная машина.
— Заработаешь хорошие оценки — купим, — обещал папа.
И Сэм старался изо всех сил. Он даже сделал в школе доклад про своего прадедушку — знаменитого полярного исследователя Арчибальда Уитвики. Тот сто лет назад ходил на корабле к Северному полюсу, провалился под лёд и увидел там что-то такое, отчего вернулся домой странным: до конца жизни бормотал про «железного великана подо льдом». Ему, конечно, никто не поверил. От прадедушки Сэму остались на память старые очки в потёртом футляре — они валялись где-то в его комнате среди прочего хлама.
Доклад удался, оценка была отличная, и папа сдержал слово. Они поехали к продавцу подержанных машин.
Машины стояли рядами: помятые, полинявшие, скучные. И вдруг Сэм увидел её — жёлтую спортивную машину с двумя чёрными полосами через весь капот. Старенькую, но с характером.
— Странно, — почесал затылок продавец. — Не помню, чтобы я её сюда ставил...
Сэм сел за руль — и ему показалось, что машина тихонько вздохнула, как будто дождалась. А когда продавец попытался предложить папе другую машину подешевле, у всех остальных автомобилей на площадке вдруг разом — БАМ! — лопнули стёкла. Сами собой! Продавец так растерялся, что отдал жёлтую машину почти даром.
Знал бы Сэм, кого он везёт домой...
Первые дни всё было отлично. Сэм отмыл машину до блеска, катался по городу и даже подвёз домой Микаэлу — самую классную девочку из школы, которая, между прочим, разбиралась в моторах лучше любого мальчишки, потому что с детства помогала отцу чинить автомобили.
Но потом начались странности. Радио в машине включалось само и как будто подбирало песни к разговору. Двери иногда запирались и отпирались без ключа. А однажды ночью Сэм проснулся от урчания мотора. Он выглянул в окно и обомлел: его машина выезжала со двора. Сама. Без водителя!
— Ну уж нет! Мою машину никто не угонит! — Сэм вскочил на велосипед и помчался в погоню.
Машина привела его на старую свалку за городом. Сэм спрятался за ржавыми бочками и выглянул. И тут его глаза стали круглыми, как две луны.
Жёлтая машина остановилась посреди пустыря и начала... раскладываться. Металл двигался, как живой: капот разошёлся в стороны и стал грудью, колёса въехали в ноги, из дверей развернулись руки. Щёлк-щёлк-щёлк — и вместо машины стоял робот высотой с трёхэтажный дом. Робот поднял голову к звёздам и включил на груди ослепительный луч — прямо в небо, как маяк. Он посылал сигнал. Кому-то очень далёкому.
У Сэма пересохло в горле. Он попятился, наступил на ветку — хрусь! Робот резко обернулся, его голубые глаза-фары уставились прямо на кусты, за которыми прятался мальчик...
Что сделает робот? И кому он подавал сигнал? Узнаем завтра. Спокойной ночи!
Вечер второй. Погоня и первый бой
Сэм сидел за бочкой ни жив ни мёртв. Огромный робот смотрел в его сторону... а потом вдруг тихо сложился обратно в жёлтую машину, мигнул фарами — и укатил. Как будто говорил: «Не бойся. Я вернусь».
Наутро Сэм хотел было рассказать обо всём родителям, да кто ж поверит? «Пап, моя машина ночью превращается в робота и светит в небо». Ага, конечно. Скажут — доигрался в компьютер.
Но настоящие неприятности только начинались. Днём, когда Сэм гулял по городу, он заметил, что за ним медленно едет полицейская машина. Чёрная, блестящая, с надписью на боку. Сэм обрадовался — вот кому можно рассказать про угон! Он подбежал и застучал в стекло:
— Господин полицейский! Мою машину...
И осёкся. В полицейской машине не было полицейского. Совсем никого. А потом машина взревела мотором и поехала прямо на Сэма! Он еле отскочил. Машина развернулась и — щёлк-щёлк-щёлк — начала трансформироваться. Но этот робот был совсем не похож на жёлтого. Он был угловатый, колючий, с красными злыми глазами, и голос у него был как скрежет железа по стеклу:
— Ты — Сэм Уитвики? Где очки твоего прадеда?! Отдай очки!
Это был десептикон Баррикейд, обманщик и разведчик. Сэм ничего не понял — какие ещё очки?! — но ноги сами понесли его прочь. Он бежал так быстро, как никогда в жизни, а земля дрожала от шагов железного преследователя. По дороге он чуть не сбил Микаэлу на мопеде и, задыхаясь, крикнул:
— Бежим!!! Он живой!!!
И тут из-за угла, визжа шинами, вылетела жёлтая машина с чёрными полосами. Дверцы распахнулись на ходу, а из радио грянула быстрая весёлая музыка — яснее ясного: «Запрыгивайте, прокачу!»
Выбирать не приходилось. Сэм и Микаэла запрыгнули внутрь, и началась такая погоня, какой не бывает даже в кино. Жёлтая машина неслась по улицам, ныряла под мосты, пряталась между грузовиками, глушила мотор в темноте — а чёрный полицейский рыскал рядом, водя красными прожекторами. Один раз он проехал так близко, что Сэм слышал, как скрипят его злые железные челюсти.
А потом прятки закончились, и жёлтая машина сделала то, чего от неё никто не ждал. Она выехала на пустырь, высадила ребят, развернулась навстречу врагу и трансформировалась. Теперь Сэм разглядел своего робота как следует: жёлтая броня, крепкие плечи, умные голубые глаза. Не страшный. Свой.
Роботы сшиблись, как два поезда, — грохот стоял такой, что с деревьев посыпались листья. Они боролись, швыряли друг друга, катались по земле. Из полицейского выскочил маленький вертлявый робот-шпион, похожий на злую железную обезьянку, — его звали Френзи, — и попытался схватить Сэма, но Микаэла не растерялась: подхватила в ближайшем сарае электропилу и отогнала пронырливого пакостника. А жёлтый робот тем временем закончил бой: он так приложил Баррикейда, что тот отключился и остался лежать в бурьяне, весь в искрах.
Жёлтый робот подошёл к ребятам и присел на корточки — а всё равно был выше дома. Говорить он не мог: в давней битве ему повредили голосовой аппарат. Зато он включил радио и заговорил обрывками песен и фраз из передач.
— Как тебя зовут? — спросила Микаэла.
Радио зашуршало, пощёлкало, и из обрывков слов сложилось: «Бамбл-би».
— Бамблби? «Шмель»? — улыбнулся Сэм. — Точно! Жёлтый и в полосочку!
— А чего этому чёрному от нас было надо? — спросила Микаэла.
Бамблби показал на Сэма, потом на свои глаза, потом изобразил пальцами маленький квадратик. Радио выдало что-то вроде: «Очки... старые очки... ключ ко всему...»
— Прадедушкины очки? — изумился Сэм. — Да они же просто старьё! Валяются у меня в комнате!
Бамблби замотал головой: не старьё. Совсем не старьё. Потом он поднял руку и показал на ночное небо. Там, среди обычных звёзд, разгорались четыре новые — яркие, стремительные. Они росли на глазах и падали к Земле, оставляя огненные хвосты.
— Это... метеориты? — прошептала Микаэла.
Радио Бамблби торжественно проиграло фанфары. Это были не метеориты.
Это летели его друзья.
Кто прилетел с далёкой планеты? Узнаем завтра. Спокойной ночи!
Вечер третий. Оптимус Прайм и тайна очков
Четыре огненных шара с грохотом вошли в ночное небо Земли и упали в разных концах города: один — в поле, другой — в реку, третий — на стадион, четвёртый — прямо в чей-то сад, распугав всех кошек. Из каждой упавшей капсулы поднялся железный великан, огляделся, просканировал взглядом ближайшие машины — и принял их облик, чтобы не пугать людей.
Бамблби привёз Сэма и Микаэлу в тихий пустой переулок. И туда, сверкая фарами, съехались четыре машины: огромный красно-синий тягач с языками пламени на кабине, чёрный могучий пикап, жёлто-зелёный автомобиль спасателей и серебристый спортивный красавец.
Первым трансформировался тягач. Он разворачивался долго и величественно, деталь за деталью, и когда встал в полный рост, оказался выше всех — настоящая железная башня с добрыми синими глазами. Он опустился на одно колено, чтобы быть ближе к ребятам, и произнёс глубоким, спокойным голосом, от которого задрожали стёкла в окнах:
— Здравствуй, Сэм Уитвики, потомок Арчибальда Уитвики. Я — Оптимус Прайм, командир автоботов. Мы прибыли с планеты Кибертрон.
Он представил свою команду. Чёрный пикап оказался Айронхайдом — старым воином и лучшим стрелком, который тут же с гордостью показал свои пушки (Оптимус строго кашлянул, и Айронхайд пушки убрал). Машина спасателей была Рэтчетом — врачом, который лечит роботов и вечно всех осматривает своим сканером. А серебристый спорткар — весельчаком Джазом, который успел нахвататься земных словечек из радио и разговаривал, как диджей на дискотеке.
— Но зачем вы прилетели? — спросил Сэм.
И Оптимус рассказал всё: про Кибертрон, про Великий Куб, про жадного Мегатрона и войну, погасившую целую планету. Пока он говорил, его глаза светили, как проектор, и прямо в воздухе появлялись картины: сияющие города Кибертрона, золотой Куб, тёмная армия десептиконов.
— Куб упал на Землю, — закончил Оптимус. — Мегатрон полетел за ним и сгинул во льдах. Но его армия уцелела и уже здесь. Несколько дней назад десептикон Блэкаут напал на военную базу в пустыне — солдаты еле отбились. Обманщики ищут Куб. Если они его найдут, то превратят все машины Земли в свою армию, и тогда вашей планете придёт беда.
— А при чём тут мои очки?! — не выдержал Сэм.
— При том, — сказал Оптимус, — что сто лет назад твой прадед случайно нашёл во льдах вмёрзшего Мегатрона. Когда Арчибальд прикоснулся к нему, защитная система Мегатрона сработала и отпечатала на стёклах его очков навигационную карту — координаты места, где упал Куб. Твой прадед носил эту тайну на носу и сам о том не знал. Очки, Сэм. Всё это время карта была в твоём доме.
У Сэма по спине побежали мурашки. Вот тебе и «старьё».
— Так поехали ко мне! Я их мигом найду!
Легко сказать. Дома выяснилось, что в комнате Сэма царил такой кавардак, что найти в нём футляр с очками было труднее, чем Куб во Вселенной. А за окном тем временем происходило вот что: пять гигантских роботов пытались спрятаться в маленьком дворике. Айронхайд наступил на фонтанчик, Рэтчет зацепил провода и устроил короткое замыкание на полквартала, Оптимус старался стоять неподвижно и притворялся очень большим деревом, а пёсик Моджо облаял Айронхайда и — простите — сделал лужицу прямо на его гигантскую ногу. Айронхайд навёл на пёсика пушки, и Сэму пришлось высунуться из окна и шипеть:
— Никаких пушек!!! Это мой пёс!!! И тише вы, родители же дома!!!
Родители, конечно, услышали грохот и поднялись к Сэму в комнату. Пока папа выяснял, что за землетрясение во дворе и почему погас свет, пять гигантских роботов, затаив дыхание, вжимались в стены дома и прикидывались архитектурой. В общем, это были самые смешные и самые нервные десять минут за всю историю пряток.
Очки нашлись! В старом рюкзаке, в футляре, целые и невредимые. Но радоваться было рано. К дому вдруг съехались чёрные автомобили без номеров, и из них высыпали серьёзные люди в тёмных костюмах. Их начальник, суетливый агент Симмонс, размахивал удостоверением:
— Секретное правительственное агентство «Седьмой сектор»! Мальчик, ты и твоя машина поедете с нами!
Оказывается, люди из «Седьмого сектора» давно знали, что на Земле есть инопланетные машины. Их приборы засекли ночные превращения Бамблби, и теперь они забирали Сэма и Микаэлу на секретную базу — задавать вопросы.
Автоботы могли бы легко остановить людей, но Оптимус запретил причинять им вред: «Люди защищают свой дом. Они просто ещё не знают, кто им друг, а кто враг». Бамблби попытался выручить ребят — и угодил в ловушку: его опутали тросами, заморозили специальной ледяной пеной и погрузили в огромный контейнер.
Сэм смотрел из окна чёрного фургона, как увозят его лучшего друга, и сжимал кулаки.
— Держись, Би. Я тебя вытащу. Обещаю.
Куда увезли Сэма и Бамблби? И где всё-таки спрятан Куб? Узнаем завтра. Спокойной ночи!
Вечер четвёртый. Плотина Гувера и пробуждение Мегатрона
Чёрные фургоны и вертолёты «Седьмого сектора» мчались всю ночь и к утру привезли Сэма и Микаэлу к месту, от которого захватывало дух: гигантская плотина Гувера, бетонная стена высотой с гору, перегородившая реку между скалами. По ней гуляли туристы и фотографировались, не подозревая, что под их ногами, в толще бетона, прячется самая секретная база на планете.
Ребят провели в огромный подземный зал, и Сэм застыл на месте. Посреди зала, закованный в лёд и опутанный проводами, стоял исполинский робот. Тёмный, зубастый, с лицом, застывшим в злобной гримасе. Даже замороженный, он был страшен.
— Наш «ледяной человек», — гордо объявил агент Симмонс. — Нашли во льдах Арктики сто лет назад. Изучая его, наши учёные придумали половину всей современной техники!
— Это не «ледяной человек», — тихо сказал Сэм, и голос у него дрогнул. — Это Мегатрон. Повелитель десептиконов. И если он проснётся, всем нам не поздоровится.
Учёные переглянулись. И Сэм рассказал им всё: про Кибертрон, про автоботов, про Куб и про очки. И тогда взрослые решились показать мальчику свой главный секрет. Открылись бронированные ворота соседнего зала, и Сэм увидел его.
Куб. Тот самый. Он был огромный — размером с дом, — покрыт диковинными узорами и тихо светился изнутри тёплым золотым светом. Сто лет люди прятали его здесь, рядом с Мегатроном, и даже не догадывались, что хранят два самых опасных предмета во Вселенной в соседних комнатах. Всё равно что держать спички рядом с ящиком фейерверков.
И спичка уже тлела. Маленький шпион Френзи — та самая вредная железная обезьянка — тайком пробрался на базу, притворившись сломанным телефоном в сумке Микаэлы. Он прошмыгнул в зал с Мегатроном и первым делом отключил заморозку. А потом послал сигнал всем десептиконам Земли: «Куб найден! Хозяин здесь! Все сюда!»
Лёд начал таять. Кап... кап... кап...
И по всей планете взревели моторы. Десептиконы бросили свои укрытия и помчались к плотине: вертолёт Блэкаут, гусеничный Девастатор, истребитель Старскрим — вся тёмная армия.
На базе завыла тревога. Замигал и погас свет. И в подземном зале, в клубах пара, раздался скрежет, от которого у всех похолодело внутри. Ледяная корка треснула и осыпалась. Гигантские красные глаза зажглись, как два злых фонаря. Мегатрон повёл плечами, впервые за сто лет разминая суставы, и прорычал голосом, похожим на горный обвал:
— Я... СВОБОДЕН!
Он проломил стену, как картонку, вырвался наружу и превратился в невиданный инопланетный самолёт.
— Куб! — крикнул Сэм, перекрикивая сирену. — Надо увозить Куб, пока Мегатрон до него не добрался! И освободите Бамблби! Он поможет! Он для этого и прилетел!
И взрослые — вот чудо — послушались мальчишку. Бамблби разморозили. Он выпрямился, гневно стряхнул остатки ледяной пены и... первым делом посмотрел на Сэма: цел ли? Сэм прижал ладонь к его огромной ноге:
— Прости, что так вышло, дружище. Теперь работаем вместе.
Бамблби подошёл к Кубу и осторожно коснулся его. И случилось чудо: гигантский Куб дрогнул, засветился ярче и начал складываться сам в себя, грань за гранью, всё меньше и меньше — пока не стал размером с коробку, которую Сэм мог унести в руках. Древняя сила сама выбрала, с кем ей идти.
— План такой, — сказал майор Леннокс, командир солдат — тех самых, что уцелели после нападения в пустыне и уже знали, как драться с десептиконами. — Везём Куб в город. Среди высоких домов гигантам труднее развернуться, а мы вызовем по рации подмогу. Продержаться — и не отдать Куб. По машинам!
Колонна рванула к городу: впереди Бамблби с Сэмом, Микаэлой и Кубом, следом военные машины Леннокса. А навстречу им по шоссе уже спешили автоботы — Оптимус Прайм понял, куда всё движется, и вёл свою команду на помощь.
Но и враги не дремали. В зеркалах заднего вида показались точки. Точки быстро росли. Танк... вертолёт... истребитель...
Армия Мегатрона догоняла.
Впереди — самая главная битва. Чем всё закончится — узнаем завтра. Спокойной ночи!
Вечер пятый. Битва за город
Город жил обычной жизнью: работали кафе, гудели машины, голуби воровали крошки у прохожих. И вдруг всё переменилось. С окраины донёсся гул, потом грохот — и на улицы ворвалась колонна Бамблби и военных, а за ними, круша всё на своём пути, армия десептиконов.
— Всем в укрытия! — гремели громкоговорители, и люди разбегались по подъездам и подземным переходам.
Первым ударил Девастатор. Но дорогу ему заступили подоспевшие автоботы. Джаз крутился вокруг врага, как серебристая молния, Айронхайд наконец-то дорвался до своих знаменитых пушек, Рэтчет прикрывал остальных. Улица превратилась в поле боя железных великанов: летели искры, гнулись фонарные столбы, выли сигнализации всех машин в квартале.
В этом грохоте случилась беда: Бамблби, заслоняя собой Сэма, попал под вражеский удар, и ему сильно повредило ноги. Он больше не мог идти. Но даже раненый, он подтянулся на руках, дотянулся до Куба и протянул его Сэму. Его голубые глаза сказали яснее всяких слов: «Теперь ты. Донеси».
Сэм сглотнул. Ему было по-настоящему страшно.
— Я же не солдат... — прошептал он.
— Ты больше, чем солдат, — сказал майор Леннокс, укрываясь за перевёрнутой машиной. — Ты тот, кому доверяет вот этот железный парень. Слушай план: видишь белое высокое здание со статуями на крыше? Беги туда, на самый верх. Мы вызвали вертолёт — он заберёт Куб в безопасное место. Мы прикроем. Беги, Сэм. И не оглядывайся.
Микаэла осталась помогать Бамблби — она прицепила раненого робота тросом к эвакуатору, чтобы вытащить его из-под огня. А потом, между прочим, развернула эвакуатор и повезла Бамблби задом наперёд прямо в гущу боя, чтобы он мог отстреливаться, — вот это девчонка!
А Сэм побежал. Он бежал через дым и грохот, прижимая Куб к груди, а над городом разносился рёв:
— МАЛЬЧИШКА! ОТДАЙ МНЕ КУБ!
Мегатрон гнался за ним — проламывался сквозь дома, расшвыривал автомобили. Один раз он почти схватил Сэма, но между ними встал Оптимус Прайм.
— Твоя ссора — со мной, Мегатрон! — прогремел он, и два титана сшиблись так, что по всей улице вылетели стёкла.
Это была битва, которую город запомнил навсегда. Оптимус и Мегатрон бились среди небоскрёбов — трещали стены, гнулась сталь. Мегатрон был сильнее. Он всегда был сильнее. Он сбил Оптимуса с ног и, оставив его в обломках, снова повернулся к мальчику с Кубом.
А Сэм тем временем добрался до белого здания и лез вверх — по лестницам, по чердакам, на самую крышу, к каменным статуям. Вертолёт уже подлетал, Сэм из последних сил протянул Куб... но из-за облаков вывернулся истребитель Старскрим и подбил вертолёт. Тот, дымя, ушёл прочь. Путь к спасению был отрезан.
И тут на крышу, цепляясь когтями за стены, вскарабкался сам Мегатрон.
— Отдай Куб, козявка, — проскрежетал он, — и, так и быть, я оставлю тебя целым. Будешь моим домашним питомцем.
Сэм пятился к самому краю крыши. Внизу — пропасть. Позади — самый страшный робот во Вселенной. Куб в руках светился и как будто становился теплее, словно подбадривал: «Держись».
— Ну?! — рявкнул Мегатрон. — Отдашь?
И Сэм, весь дрожа, ответил:
— Никогда.
Мегатрон в ярости ударил по крыше, камень под ногами Сэма раскололся, и мальчик полетел вниз!.. Но не упал. Огромная металлическая ладонь мягко поймала его в воздухе. Оптимус Прайм, весь в отметинах от битвы, взобрался по стене небоскрёба и подхватил мальчика.
— Я держу тебя, Сэм, — сказал он. — Ты держался храбрее любого воина.
Они спускались по стене, перехватываясь за карнизы, а Мегатрон прыгнул следом, и все трое рухнули вниз, на площадь. Оптимус заслонил Сэма собой и тихо сказал ему одну очень важную вещь:
— Слушай меня внимательно. Если не останется другого выхода — вложи Куб мне в грудь, в мою искру. Куб исчезнет, но и Мегатрон никогда его не получит. И не бойся за меня: судьба целой планеты важнее судьбы одного робота.
Он был готов пожертвовать собой. Вот такой он был, Оптимус Прайм.
Мегатрон поднялся из обломков и двинулся на них. Оптимус встретил его, но силы были неравны — Мегатрон снова взял верх и потянулся когтистой лапой к мальчику:
— КУБ!!!
И в этот миг Сэм понял, что надо делать. Не прятать Куб. Не жертвовать Оптимусом. А сделать всё наоборот!
Он увернулся от железных когтей, разбежался — и со всей силы впечатал Куб прямо в грудь Мегатрону, туда, где под бронёй горела его злая искра.
Куб вспыхнул так, что на площади стало светло, как днём. Вся его древняя сила — сила, которой хватило бы на целую планету, — хлынула в Мегатрона разом, одним потоком. А такую мощь не может вместить никто, даже самый сильный робот во Вселенной. Броня Мегатрона засветилась изнутри, он взревел, зашатался... его красные глаза мигнули и погасли. Навсегда. Повелитель десептиконов с грохотом рухнул на площадь и больше не поднялся.
Стало тихо. Оседала пыль. А потом солдаты закричали «ура», автоботы подняли головы, Микаэла подвезла на эвакуаторе Бамблби, и тот так радостно сигналил, что распугал всех голубей в городе.
Оптимус подошёл к неподвижному Мегатрону и сказал негромко, с грустью:
— Когда-то, брат, мы были друзьями. Жадность погубила тебя.
Он подобрал единственный уцелевший осколок Куба — маленький, всё ещё тёплый — и бережно спрятал у себя в груди.
Уцелевшие десептиконы разлетелись кто куда и попрятались по дальним углам планеты. Солдаты и автоботы пожали друг другу руки — точнее, солдаты пожали автоботам по одному пальцу, больше в ладонь не помещалось. А Бамблби... Бамблби вдруг заговорил! От удара в бою что-то встало на место в его повреждённом голосовом аппарате, и первым же настоящим голосом он попросил Оптимуса:
— Разреши мне остаться с мальчиком.
— Если Сэм не против, — улыбнулся Оптимус.
— Не против!!! — выпалил Сэм так быстро, что все засмеялись.
...Прошло время. Город отстроили. Люди из «Седьмого сектора» помогли сохранить тайну — газеты написали, что в городе просто снимали кино со спецэффектами. Автоботы остались жить на Земле: днём они катаются по дорогам, притворяясь обычными машинами, и потихоньку присматривают за порядком.
А вечером на холме над городом стоял красно-синий тягач. Он трансформировался, поднял голову к первым звёздам и отправил в космос послание — всем автоботам, разбросанным по Вселенной:
— Говорит Оптимус Прайм. Мы нашли новый дом. Эта планета называется Земля. Здесь живут маленькие существа — люди. Они не умеют трансформироваться, зато умеют дружить, не сдаваться и защищать тех, кто рядом. Мы живём среди них и храним их тайну и их покой. Если вы слышите меня, автоботы, — летите к нам. Мы ждём.
А внизу, по дороге вдоль заката, катилась жёлтая машина с чёрными полосами. За рулём сидел мальчик, который спас планету.
И если тебе когда-нибудь встретится жёлтая машина, которая подмигнёт тебе фарами, — присмотрись повнимательнее.
Мало ли.
Конец.
Подсказка для чтения вслух: голоса героев интереснее читать по-разному — у Оптимуса голос низкий и спокойный, у Мегатрона скрежещущий, а Бамблби «говорит» обрывками песен и мелодий. Перед новым вечером можно спросить: «Помнишь, на чём мы остановились? Как думаешь, что будет дальше?»